Шатар — это традиционные бурятские шахматы, отличающиеся от международных шахмат рядом правил. Например, по-другому ходят пешки и ферзь, нет рокировки, для мата и шаха совсем другие условия. Это существенно меняет не только ход игры, но и ее эстетику. Если в международных шахматах любой выигрыш считается окончательной целью игры, то в бурятских шахматах разные ситуации мата обладают и разной эстетической ценностью.

Главное — не победа, а ее красота — Поставить мат пешкой в несколько ходов считается особенно красивым. Человека, который умеет такое провернуть неоднократно, обязательно назовут настоящим мастером. А вот поставить мат конем — это дурной тон, такое можно позволить только детям, — рассказывает Евгений Баинов, один из популяризаторов шатара, шахматный тренер и автор методического пособия, посвященного этой игре.Внешне фигурки шатара тоже отличаются от привычных нам силуэтов международных шахмат. Роль ферзя исполняет “барс”, а вместо пешки — “детеныш барса”. Короля принято называть “нойоном”, ладью — “тэргэ” (телегой), индийского слона заменил известный кочевнику “верблюд”. И лишь фигура коня так и остается конем. Из особо важных правил: нельзя съедать последнюю фигуру противника — за этим сразу следует ничья. Ферзь по горизонтали ходит как ладья, а по диагонали ходит только на одно поле. Первый ход в шатаре обязательно делают ферзевой или королевской пешкой на два поля, а дальше остальные пешки передвигаются по одному полю.

Вообще в последнее время в Бурятии немало делается для того, чтобы возродить эту традиционную игру. На сурхарбанах и “Алтаргане” шахматисты соревнуются только в шатар, в детских секциях преподают его основы, издаются методические материалы. В этом году на научно-практической конференции было принято решение стандартизировать и модернизировать правила игры, приблизить их к тем правилам, по которым играют в шатар в Монголии.

Все шахматы нужны

На вопрос о том, зачем это надо, раз весь мир играет в международные шахматы, у Евгения Васильевича уже припасены убедительные аргументы:

— Почти у каждой нации, традиционно играющей в шахматы, есть свой, “национальный”, вид шахмат. Все они вышли из индийского шатранга, но именно внутри определенного народа обрели свои отличительные черты. Существуют китайские шахматы, японские, грузинские, корейские. Так что иметь “свои шахматы” — это вопрос престижа для народа, сохранение его культуры, подарок одного поколения другому.

И потом, это заблуждение, что все шахматисты играют только в международные шахматы. Сейчас популярностью пользуются шахматы Фишера, который боролся за то, чтобы шахматы отошли от закостенелости (в шахматах Фишера фигуры расставляются случайным образом — прим. ред.). Проводятся международные турниры с большим призовым фондом. Шахматистам интересны любые формы шахматного мышления. И это не случайно. Ведь новые виды игры пробуждают в человеке творческое начало.

Если с детства ребенок учится играть в шахматы по нескольким системам, то у него формируется более гибкое мышление, умение строить игру. Вообще, интересно наблюдать за нашими ведущими игроками, которые сейчас играют еще и в шатар. Получается далеко не у всех. Даже чемпионы проигрывают новичкам. Дело в том, что международные шахматы — это уже выработанная система. Есть определенные модели, по которым разыгрываются партии, и отход от них иногда повергает даже классного игрока в смятение. А в шатаре другие правила, нет разработанных дебютов, защит. Надо каждый раз думать самому и проявлять творчество с первого хода.

Происхождение шатара

Скорее всего, шахматы пришли к нам из Индии с буддийскими ламами. Бурятам настолько полюбилась эта игра, что она тут же вошла в обиход. Играли в нее все: дети и старики, мужчины и женщины. В хрониках отмечены многочисленные воспоминания декабристов, которые удивлялись, как распространена игра в шахматы среди бурят, и как они ее любят. Вот что рассказывал декабрист Лоррер:

“На одном из переходов мы встретили отличную коляску, запряженную шестериком. В коляске сидел мальчик в зеленой шелковой шубе, в шапочке, отороченной бобровым мехом. На боку его болталась сабля с серебряным темляком, на шее — золотая медаль на анненской ленте. Нам сказали, что это сын хана… На дневках буряты постоянно были с нами и напряженно следили за игрой в шахматы. Раз один из наших игроков уступил мальчику свое место, и бурят начал играть с Трубецким, — и, к удивлению нашему, отлично”.

А писатель Алексей Толстой в своем дневнике в апреле 1897 года сделал запись, что играл в шахматы со студентом Казанского императорского университета бурятом Галсаном Гомбоевым и проиграл, поэтому “надобно у него взять реванш”.

Ждем чемпионов

Еще в 30-х годах прошлого века в Бурятии в деревнях играли в шахматы по бурятским правилам. Улан-удэнские игроки в международные шахматы, встречаясь с “деревенскими”, неоднократно были биты даже по правилам ФИДЕ. Чего только стоит история колхозницы из Селенгинского района Дулгар Ринчиновой! Научившись играть у брата, в начале 1935 года она выступает на своем первом в жизни соревновании на первенство племхоза. Выигрывает. Девушку замечают, приглашают на первенство республики, и там она одерживает победу, став чемпионкой Бурят-Монголии. Ей оказывают поддержку лучшие тренеры республики, чтобы она за несколько месяцев овладела международными шахматами. Уже в июне на Всесибирском женском шахматном турнире она занимает первое место.

Блистает она и на полуфинале первенства страны, завоевывая путевку в финал. Еженедельник “64″ тогда писал о ней восторженные слова: “Здесь в центре внимания — колхозница из Бурят-Монголии, 19-летняя Дулгар Ринчинова. Она не говорит по-русски, не умеет записывать партии, но прекрасно разбирается во всех тонкостях позиции… За игрой Ринчиновой наблюдают все мастера, и их мнение сходится на одном: они все хотели бы иметь ее своей ученицей”.

Неизвестно, как бы сложилась судьба шахматистки, если бы в этом же году ее не ждала смерть. К 60-м годам бурятские шахматы были практически потеряны, в них перестали играть. В деревнях и городах через систему народного образования распространение получили спортивные кружки международных шахмат. Конечно, это было шагом вперед. Бурятские игроки приобрели возможность войти в мир шахмат, где блистали лучшие. Однако особых почестей или побед нашим землякам это не принесло. Может быть, с возрождением шатара у наших шахматистов появится и новый импульс для покорения шахматного Олимпа.

На вопрос о том, стоит ли нам ждать в ближайшее время ярких игроков, Евгений Васильевич отвечает:

— Шахматы — это не только дарование, упорная работа, но и колоссальные денежные вложения. Надо вложить не одну сотню тысяч рублей в ребенка, чтобы потом получить от него отдачу, и хотя дети небогатых родителей добиваются успехов, часто им закрыт путь в большой спорт просто потому, что нет денег на поездки на российские и международные турниры. Один час работы тренера высокого класса, который “делает чемпионов”, стоит больше 500 долларов. А сегодня государство крайне скупо финансирует шахматные увлечения детей.

Нина Свободина, “Номер один”.